kvisaz (kvisaz) wrote,
kvisaz
kvisaz

Categories:
  • Mood:
  • Music:

24 Зомби и комета

Когда я проснулся, то понял, что склеп холоден и пуст. Марьяна, пившая со мной красное бордо накануне, покинула мой двуспальный гроб и выпорхнула наружу. Её кружевной корсет лежал на каменном полу, как упавшая бабочка.

В переносице ломило. Я поднял руку, вытащил шипы и бросил их на теплую подушку. Обычно я никогда не забываю про них и снимаю перед сном. Должно быть, красное бордо оказалось дьявольски хорошим. Где эта чертовка Марьяна?

Я позвал её и поразился тому, каким хриплым и страшным стал мой голос. Неразборчивые слова едва срывались с губ, онемевший язык едва ворочался во рту. Я перегнулся через стенку гроба и засунул два пальца в рот. Где-то там, за распухшим языком должна быть особая точка. Ага, вот!

Судорога пронизала моё тело, как молния. Мучительный кашель разорвал мои лёгкие и горло. Я содрогнулся и, напрягая все мускулы, изверг из себя холодную четырёхугольную звездочку-сюрикен. Она звякнула о камень, как упавшая монетка. Так, это я тоже забыл вынуть перед сном. Какие сюрпризы ждут меня дальше?
- Марьяна! – простонал я. Мой голос ударился о задрожавшие витражи и вернулся обратно затухающим эхом. Четыре всадника на стекле усмехались, и их кони скалили зубы. Я моргнул и протёр глаза. Нет, конечно мне показалось. На свинцовых витражах никогда не ставили такие мелкие детали, как зубы у коней.

Я напряг все мышцы, перевалил тело через стенку гроба и грохнулся с постамента, попутно приложившись головой. Острая боль пронзила мой череп так, что я испугался за его целостность.
Схватив полупустую бутылку с вином, я пополз по холодным плитам к зеркалу, голый и неуклюжий, как мумия египетского кота. Если бы кто-нибудь сейчас заглянул в мою обитель, я бы сгорел от стыда. Нет, я не боялся, что меня увидят без одежды. Для меня она не имеет никакого значения, и многие признают, что без неё я смотрюсь даже лучше. И слово "голый" вообще не имеет значения применительно ко мне, если вы понимаете, к чему я веду.

Нет, меня больше беспокоил тот факт, что кто-нибудь сфотографирует меня в такой нелепой позе, на карачках, с бутылкой красного бордо и опухшим языком, почти вываливающимся изо рта.

Перед зеркалом я остановился, глотнул холодного и ощупал череп со всех сторон. Нет, всё в порядке. Кости не разошлись, облик не пострадал и затылочные узоры по-прежнему чернели могильной краской.

Красное вино щекотало горло. Мне стало немного легче. Пошарив рукой за зеркалом, я вытащил брошенные туда штаны и натянул их на кости ног. Конечно, как я уже говорил, в этом не было никакого особого смысла. Но сейчас мне нужна была Марьяна, а не фотосессия. И уж тем более я не собирался смущать кладбищенского сторожа. Он славный малый и хорошо играет роль, когда рассказывает страшные истории заезжим новичкам. От его выпученных глаз и трясущихся губ туристам уже делается не по себе, даже если они не верят в меня. А когда я выскакиваю из кустов, завывая и протягивая руки, в бегство обращаются даже самые отчаянные, оставляя после себя не только закуски, но и дорогие фотоаппараты, плееры, ключи от машин.

Когда-то я питался только таким способом. Но теперь это давно в прошлом, и я уже могу капризничать, выбирая жертву в очередной порции девушек. Впрочем, о чём это я? И эти дни тоже давно в прошлом, ибо мне нужна только она одна – Марьяна, мой тёмно-красный ангел.

Я встал, придерживаясь руками за стену, и сделал пару шагов. Меня повело в сторону, но я успел схватиться за тяжелый напольный канделябр. Алые свечи от моего толчка вырвались из гнёзд и упали на пол, разбившись на мелкие кусочки. Я наступил на них и почувствовал, как они скользят под моей голой ступнёй, словно мыльные обломки.
Используя тяжёлый канделябр, как посох, я с грохотом добрался до выхода и толкнул дверь.

Снаружи властвовал ветер. По небу неслись серые тучи, да и весь мир показался мне серым, как в сумерки перед грозой. Но даже такой свет ослепил мои глаза. Я снова застонал и поднёс ладонь к лицу, защищаясь от болезненно яркого сияния, проникающего сквозь пелену на небе.
- Ммм… Марьяна! – крикнул я.

Слева от меня кто-то зарычал. Повернувшись, я увидел кладбищенского сторожа. Сказать, что он меня поразил – значило вовсе не сказать ничего.
Его одежда была разорвана и залита кровью. Разорванная кожа на лице хлопала при каждом его движении, обнажая неприглядные гнилые зубы. Вытянув руки, сторож с хрипом двигался ко мне, и в его глазах сверкал натуральный голод.

Я знал, что моя слава не давала ему покоя, но не подозревал, что до такой степени. Бросившись на меня, он попытался схватить меня за горло и разорвать гортань.
- Совсем нюх потерял?! – прохрипел я, отталкивая сторожа. Он снова бросился на меня, игнорируя все предупреждения. Тогда я ударил его канделябром по голове и наступил на грудь босой ступней с выступающими черными костями.
- Я здесь главный! – зарычал я, придавливая беснующегося сторожа к рыхлой земле.
Возможно, я поступил с ним слишком грубо, но уверяю вас, что это была чистая самооборона. Кроме того, мне не понравился запах, который от него шёл. Я никогда не опускался до такого состояния.

Покончив со сторожем, я двинулся к выходу с кладбища. Дойдя до автомобильной стоянки, я увидел туристов, рвущих на части сенбернара. Собака была уже мертва, я ничем не мог ей помочь. Минуту, а то и две, я стоял, покачиваясь на месте, ни жив, ни мертв, а затем развернулся, и похромал обратно к своему склепу.

Кто-то из туристов заметил меня. Я услышал хрип и топот преследователей. До спасительной двери оставалось метров десять, а мои кости отказывались двигаться. Тогда я нагнулся, поднял тяжелый канделябр с ешё шевелящегося сторожа и развернулся лицом к атакующим.

Первого бегущего, толстого рыжего здоровяка в красной клетчатой рубахе, я принял на вершину, уперев основание в землю. Его рыхлое тяжелое тело при беге набрало такую скорость, что он насадил себя на канделябр, как на копьё, и захрипел, размахивая руками. Я ударил его ногой в грудь и со всей силы потянул орудие возмездия на себя. Он осел и завалился на бок, но ещё продолжал двигаться и хватать меня за щиколотки. Тогда я разбил ему череп.

Второй турист, тощая белокурая бестия, накрашенная помадой и кровью, с визгом атаковала меня. Я помнил её ещё в прошлой жизни, и уверяю – мне было очень нелегко. Несмотря на свой облик, я никогда не нападал на женщин и, тем более, не крошил им кости тяжёлым напольным канделябром из бронзы.

Третий нападающий был совсем мелким, но очень быстрым. Я промахнулся, и он схватил меня за рёбра. Никогда бы не поверил, что обычными пальцами можно так схватить за нижнее ребро. У меня просто потемнело в глазах от боли. Закричав, я почти вслепую начал наносить удары локтями и кулаками. Потом, когда мне удалось оттолкнуть карлика, я схватил канделябр, упавший на ограду, и занёс его, как дубину. Но это было уже лишним – низкорослый во время моего толчка налетел на металлический солдатский крест из железных прутьев и теперь корчился на нём, как на вертеле.

Тут я услышал голос Марьяны. Она звала кого-то по имени. Кого-то, не меня! Не знаю, что на меня нашло, но я, как одержимый, бросился на звук, размахивая тяжелым канделябром.
- Нет, не стреляйте! – закричала Марьяна. – Он хороший!
- Хороший, говоришь? – с сомнением сказал бородач, не опуская двустволку. – Пусть что-нибудь скажет.
- Я…. – начал я из себя, и задумался. А что происходит? Какого, собственно, чёрта я должен им объяснять. И что Марьяна делает с этим грубым мужланом?!
- Я Тим Зомби! – зарычал я, потрясая канделябром. – Я живу на этом кладбище уже пять лет, пугая туристов! Я полностью модифицировал своё тело, покрыв его татуировками, пирсингом и шифтингом, чтобы стать полностью похожим на зомби! Я снимался в клипе Леди Гаги! Меня для съёмок приглашал сам Киану Ривз! А ты, ты кто такой, обоссы меня господь!
- Милый, не сердись! – сказала Марьяна, бросаясь ко мне. – Это просто киномеханик. Он, как и мы, провёл эту ночь в помещении, обшитом металлом. Поэтому мы и остались живы, когда ночью пролетела комета Кронокса, превращающая людей в зомби.




.
.
.
ВРЕМЯ: 0:57 - 2:30, один час 33 минуты
ОБЪЁМ: 7934 знака с пробелами
ЧИТ: прототипом героя рассказа послужил Рик Зомби (Рик Генест), герой заметок, которые я писал на один сайт удивительных новостей (по ссылке новость не моя, но сайт тот же). Он действительно зататуировал себя под зомби, начав с головы. Долгое время он был фриком на грани никчемности, но в последнее время стал знаменитым. Он действительно снимался в клипе Леди Гаги, и говорят, что Киану Ривз действительно приглашал его на съёмки фильме "Ронин 42".
Вдохновние пришло, когда я увидел эту картинку:
Рик Генест, Рик Зомби

Не знаю, живёт ли Рик Зомби в склепе на кладбище. Но Тим Зомби - живёт!

УТЯЖЕЛИТЕЛЬ: особо нет, но как тяжелооооо придумывать что-то про зомби. Спасибо Рику, выручил со своим склепом. Я понял, что можно сделать рассказ-обманку, рассказ-перевёртыш, который издевается и дурачит читателя своей логикой. Скажите, если вы читаете эти строки, на каком моменте вы заподозрили, что главный герой НЕ ЯВЛЯЕТСЯ НАСТОЯЩЕЙ НЕЖИТЬЮ?


ЗЫ: Этот текст написан в рамках персонального испытания духа и тренировки дисциплины "Зомби Челлендж"

Остальные рассказы по этой теме - в ЖЖ, тут
Tags: ЗомбиЧеллендж
Subscribe

  • Проблемы первого мира

    Проблемы человека из первого мира - в том, что он не может заменить собой мигрантов из остальных миров. Для этого нужен другой уклад. Человек из…

  • Школьные походы

    "моя большая проблема - это отсутствие стабильности в выбранном курсе. Меня часто кидает туда-сюда, а даже первооткрывателям в эпоху великих…

  • Цветной

    Позитива вам в ленту. Угадайте в кабинете какого врача обретался сей экспонат?

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments